Роберт Ибатуллин (fortunatus) wrote,
Роберт Ибатуллин
fortunatus

Categories:

листая старые страницы (2)


Эх, интересные сны когда-то показывали, не то что нынче....


Китай. Мао Цзэдун при смерти. Политические интриги. Женщина, спасаясь от агентов спецслужб, уезжает в лифте, а мне надо ее догнать. Кнопки панели лифта – открытки; нажимаю одну, и лифт с ней уезжает, нажимаю другую, и он возвращается. Внутри – трехгранная банка из прозрачного пластика, в ней – та женщина, уже невидимый призрак. Приходит агент и забирает банку.
1.3.97

После долгих странствий с приключениями возвращаюсь к себе на работу, в просторный многолюдный офис. Шеф – тот, что посылал меня в экспедицию – выслушивает мой отчет, потом рассматривает ножи, принесенные мной. Нужно было нанести на них надписи, и в этом-то моя миссия и состояла. «А на этом почему нет? Ну да ладно, авось пронесет». Завтра нам всем предстоит битва с дьяволами, против которых эти ножи – самое эффективное оружие. Шеф показывает распечатки: «Вот это пойдет к кардиналу, это к папе». Это – информация о потустороннем мире, добытая нашим учреждением. «В Ватикане отлично знают, что с этой информацией делать дальше, но понятия не имеют, как ее добывать».
6.3.97

Брат учится в Антиохии при Марке Аврелии, а на выходные и каникулы возвращается. Рассказывает, хохоча, как его одноклассник пытался читать в Библии одни красные буквы. Сложилось из них в одном месте слово «волхв», а в другом «велен» или «венед». Я беспокоюсь: при Марке Аврелии была чума, сделал ли он прививку?
7.3.97

Норвежский роман о второй мировой войне. Вклеена карта военных действий в Европе. На карте Ирландия, Шотландия и Уэльс объединены в «Постирландию», по Средней Европе извивается ничейная «полоса степей», столица СССР – Новгород, а «зона влияния КПРФ» также отмечена как государство.
28.3.97

Я – бурятский мальчик, у меня умер дядя. Лама совершает погребение с возлиянием на курган. Дядя причтен к богам, и я сам должен стать реликвией – меня по старому и забытому обряду принесут в жертву. Чтобы этого избежать, отец отправляет меня в Китай за советом к будде (именно со строчной буквы), который «знает все двенадцать религий». Еду через Тибет в большом пустом паланкине на четырех носильщиках. В гробнице-избе вызываю духов воздуха, крови и воды, и духи каждой из трех стихий говорят свое пророчество.
3.5.97

Дворец Диоклетиана. Маленькие ярко-синие комнатки. На створках дверей парные бронзовые бляхи с монограммами. В спальне над кроватью статуя Амура, а на книжной полке пять томов Апулея в роскошном переплете и много других старинных книг. Все они стоят вверх ногами, так что заглавий не могу прочесть.
10.7.97

Эмигрантский роман 1930-х гг. о конце света. Сатурн уступает власть Марсу; остров Делос вновь, как в мифологические времена, приходит в движение; в небе загорается ярчайшая звезда и притягивает его. Монахи греческого монастыря Ахрисин находят некую священную реликвию.
24.7.97

Я в Америке на пляже раскапываю Помпеи; в квадратных ямах кости и мраморные плиты с греческими, латинскими, арабскими и китайскими надписями. В глине отпечаток фриза с рельефным изображением горных работ; рельеф оживает, вереницы рудокопов бредут по тропкам и исчезают в круглых отверстиях.
12.10.97

Я вроде как в Казани, но это Рим. Завтра уезжать, а я в хлопотах так и не повидал ни форума, ни Колизея, ни термов Диоклетиана. Ищу метро, чтобы ехать в центр; улицы вполне казанские, даже район узнаваем (Забулачье), но я все же заставляю себя думать, что это Рим, и спрашиваю у всех: “Do you speak English?” – но никто не отвечает. Решаюсь наконец заговорить на едва знакомом итальянском и спрашиваю прохожую женщину (мерзким, булькающим, не своим голосом): “Scusa, signora, dove c’e metro?” Она отвечает невнятно, оставляя меня в растерянности. Все более ясно, что это Казань. Просыпаюсь.
7.1.98

Запутанные поиски последовательности больших чисел; математические исследования переплетены с семейно-детективной интригой.
10.1.98

Марчелло Мастрояни показывает мне Рим. Мы у моря, потом в старинном дворике с заливчиком-бассейном, в чьей зеленой, гнилой, но прозрачной воде живет леопард.
14.1.98

В «Вечернюю Уфу» приходит Блок, маленький, скромный, в свитере под пиджаком. Нервный Касымов его не узнает и грубит.
Ленин и Платонов, нынешние гимназисты, только что провалившиеся по латыни и греческому, весело идут по ул. Карла Маркса около УГАТУ.
25.3.98

Я попал в роман Достоевского. Поднимаюсь по лестнице в доходном доме, стараясь все запомнить в расчете на последующее описание. Тесно, темно-зеленая краска стен, низкие проемы, спиральные повороты; атмосфера ожидания чего-то порочно-авантюрно-зловещего.
13.4.98

Мне звонит нарком Ежов и просит в долг 8-10 тыс. руб. «Старых или новых?» – «Старых». Еще просит привести к нему поговорить какого-нибудь писателя. Захожу в свою комнату, где сидит Достоевский, и предлагаю ему, но Федор Михайлович упрямо отказывается. Напряженно перебираю в уме всех известных писателей, но, увы, ни один не подходит по хронологии – никто не жил в тридцатые годы.
13.5.98

Говорю с А. о Ницше. Она, быв в 1960-х годах в ГДР, видела, как его сумасшедшего возили гулять в кресле на колесах.
1.11.98

Иду из сада в Уфу вдоль Дёмы, волоча за собой резиновую лодку. Дивные – в цвете и с подробностями – картины приречного леса ранней золотисто-зеленой осени, тропка, то карабкающаяся на высокие бугры, то ныряющая в грязные ложбины, в реке скопления коряг, в траве на топком бережку мокрая крупная земляника.
10.11.98

Хожу по совершенно разгромленной 3-й школе. Ободранные стены, жуткие лестницы, открыто курящие и задымившие весь воздух ученики. М. М. (старая родственница, ныне покойная) жалуется: даже в 70-е годы такого не было. Ухожу, решительно отмахиваясь от реющих передо мной добрых призраков. Дьявол, тощая и жалкая баба в грязной сорочке, убегает по развалинам прочь. На улице пристают собаки.
30.11.98, поезд Уфа-Москва

Кручи из пней, не то сросшихся, не то от древности сплавившихся в камнеподобный конгломерат. Взбираюсь на вершину, ложусь и обозреваю широкую панораму гор, покрытых зеленью. Прямо посреди склона крошечное круглое озерцо. Смотрю на него снизу, из ущелья, и с восторгом убеждаюсь, что у него нет дна – сквозь неимоверной красоты прозрачную синеву видно небо. Озерцо ледяное. Оно выпадает и разбивается.
18.12.98, Москва

Вид старого города с рекой, соборами, бассейном перед дворцом – все предельно четко и неуловимо фантасмогорично, вроде гравюр Эшера.
Читаю с конца журнал, по стилю светски-интеллигентский, с длиннейшими статьями о каком-то латышском поэте, о смерти телевидения, об одном дорогом ночном клубе, куда вход по золотым карточкам, и вот я – автор статьи – вхожу в этот клуб, темный и грязный зал, посреди которого компания ирландцев жарит мясо на громадном противне.
25.12.98, Москва

В нашем дворе на скамейках сидят св. Иустин Мученик и еще какие-то ранние христиане и еретики. Подходят Монтан в строгом костюме и дымчатых очках, и Прискилла с Максимиллой, тоже одетые по-современному, молчаливые и задумчивые. Диспут на тему: что больше – земной мир или загробный, причем я один знаю, что все вокруг и есть загробный мир. Я робко вмешиваюсь в спор, говоря, что для славы Божией было бы лучше, если бы небеса были больше земли; в ответ неловкое молчание и презрительные смешки; кто-то разъясняет очень снисходительно, что мой аргумент – догматический и потому не в счет, и я пристыженно замолкаю.
11.1.99

Рассказ Лавкрафта. Человек с подводной базы превратился в отвратительное тюленеобразное существо оттого, что услышал древнюю музыку. Ноты ее сохранились. Когда подводника обнаружили, началась эпидемия таких превращений. Рассказ ведется от лица одного из этих монстров, в то время как они уже захватили мир.
9.4.99

Пьеса в стихах XVI века. Пирушка ученых; бал в загородном замке; карлика ведут играть шута в любительском спектакле; дама пишет страстное письмо любовнику, грозя покончить с собой, а потом ругает своего управляющего, придираясь ко всяким хозяйственным мелочам. Все очень живо, насыщенно, радостно, настроение шекспировских комедий.
18.5.99

Сон-повествование: пародия на «Анну Каренину». В гостиной собралось большое общество, присутствуют Вронский, Каренин и др.; Анна публично признается в связи с Вронским; обмены взглядами, психология, мимика, реплики – все это мой внутренний голос описывает в манере Толстого.
12.7.99

По темной комнате летает коврик, по нему мечется перепуганная кошка – очень смешно.
15.10.99

Я на колоннаде Исаакия. Прямо под ней море, в нем плещутся тюлени и ходят по поверхности воды на четырех длинных ногах.
17.10.99

Прихожу в оранжерею в маскарадном костюме смерти.
7.11.99

Плыву вниз по узенькой, прозрачной, насквозь просвеченной солнцем Дёме; все дно в особенных водяных грибах.
28.11.99

В гавань приплывает подводная лодка, из нее выходит на берег конь. На перроне его встречают Менжинский, Берия и прочее начальство. Привезли целый табун гнедых летающих лошадей из Африки, народ в восторге бросается на них кататься. Лечу, держась за гриву, вдоль железной дороги; вид – рыжая степь, зернотоки, элеваторы, железнодорожные механизмы, платформы. Потом разворачиваюсь: всех сзывают назад. Лошадей уже снова согнали в один табун и остригли, теперь они белые и нелетающие. С них сдерут кожу и сошьют один на всех дирижабль.
28.2.00

Меня женят на русской принцессе XVIII века; тайные династические интриги, назревает дворцовый переворот. Мы вдвоем, едва ли не дети; страстно целую ее, покусывая подбородок, что особенно возбуждает меня и ее; потом начинаю раздевать, спуская с плеч одно за другим бесчисленные платья.
3.6.00

Грань между материальным и духовным мирами – безграничная полиэтиленовая пленка, разрывы в ней – светила, я вишу по пояс в одной из таких дыр; сверху лунная ночь, пленка волнуется, меня качает вверх-вниз.
3.2.01

Мой рассказ, совершенно мне неизвестный, выставили на ufanet. Читаю с любопытством; отрывочные фразы в конце превращаются в паруса, рассказ – в корабль, и отплывает в море.
25.3.01

Все чинно готовятся к концу света, а потом оказываются в раю, каждый внутри собственного апельсина. Грешники тоже блаженствуют в апельсинах, лишь изредка поначалу чувствуя что-то странное.
27.5.01

У дома шевелятся кусты. Я в страхе перед неведомой опасностью ухожу прочь, но потом соображаю, что на самом деле, скорее всего, ничего там нет, смело останавливаюсь и оборачиваюсь. Но из кустов тотчас же выскакивает крупная собака и молча бросается на меня.
7.12.01, Казань

Текст под Достоевского. Бурный скандал нескольких человек, один из которых бестолково мечется в попытках всем помочь и всех примирить, а другая, визжа: «Я ненавижу все, что не я», с кем-то дерется и душит до смерти.
15.12.01, Казань
Tags: листая старые страницы, сны
Subscribe

  • TIL

    Сегодня я узнал, что Дитмар Розенталь - тот самый верховный, абсолютный, непререкаемый авторитет в вопросах русского правописания и произношения -…

  • (no subject)

    Ничего не могу с собой поделать: всякий раз, как вижу модное слово "постирония", мне чудится, что оно однокоренное (и одноприставочное) с…

  • (no subject)

    Прочитал на одном окололитературном ресурсе: Билд-ап и пей-офф — две несущих основы сторителлинга. Задумался над этой фразой. Решил, что она…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments