November 18th, 2008

звезда

дикий мир будущего, 1

Сейчас есть три влиятельных образа будущего. Постапокалипсис, киберпанк и экотопия. На первый взгляд они исключают друг друга. Но только на первый. Есть у них одна общая черта: все три показывают мир истощённых ресурсов. В постапокалипсисе они исчерпаны полностью, мир превращён в пустыню. В киберпанке идёт лихорадочная конкуренция за оставшиеся источники и столь же лихорадочный поиск новых. В экотопии, наконец, живётся комфортно благодаря крайней бережливости и искусному использованию возобновимых ресурсов.

Поэтому нетрудно вообразить будущий мир, где реализованы все три сценария. Мир экотопии для богатых, киберпанка для средних и постапокалипсиса для бедных.
звезда

дикий мир будущего, 2

Рыночное распределение предпочтительно, когда ресурсы бесконечны или настолько обильны, что невозможно установить их объём. Если ресурсы ограничены, а их объём точно известен — например, на подводной лодке или космической станции — то становится жизненно необходимым плановое распределение. Недаром убеждённые рыночники так ненавидят идею ограниченности природных ресурсов. Ведь если она верна, то рынок обречён, рано или поздно придётся выбирать: либо гибель человечества в драке за ресурсы, либо глобальный Госплан, продразвёрстка, карточки и трудармии. Мне, впрочем, такой выбор кажется маловероятным.

Ограниченность ресурсов заключается не в том, что они «когда-нибудь кончатся» (Солнце будет светить миллиарды лет, из морской воды можно выделить почти любые химические элементы), а в том, что стоимость добычи растёт по мере выработки источников. Соответственно, доступ к ресурсам со временем становится всё труднее. Во времена Нобеля любой мог черпать нефть вёдрами из луж, сейчас её добыча под силу только хорошо оснащённым предприятиям, а в будущем лишь мегакорпорации смогут позволить себе расходы, связанные с выделением нефти из сланцев или битумных песков. Когда дело дойдёт до чего-нибудь вроде извлечения урана из морской воды, то на плаву останутся лишь самые-самые богатые, и к тому же способные менять в свою пользу правила игры — а именно, государства. Частники вымрут. Текущий кризис не имеет никакого отношения к ресурсной проблеме, но благодаря ему можно представить, как это будет происходить.

В классической тоталитарной антиутопии миром правят государства. В киберпанке — корпорации. Новая антиутопия посткризисной эпохи должна изобразить мир, которым правят снова государства — но в роли корпораций, и с теми же целями.

Классическая антиутопия основывалась на практике нацизма и большевизма, киберпанк — на японском корпоративизме. Новая антиутопия могла бы взять за образец современную Россию — но, увы, для этого нам недостаёт культурного своеобразия.